«HOGWARTS|PARALLEL WORLDS»
Every solution breeds new problems
Добро пожаловать на самый неканонический проект по книгам Джоан Роулинг. Рейтинг игры NC-17. "Неканоническая" в данном случае означает то, что мы берем отправной точкой события шестой книги, принимаем их во внимание, но наш мир строится каждым и зависит от каждого - произошедшее в личном отыгрыше событие может повлиять на сюжетный квест, а исход любого сюжетного квеста - перевернуть весь исход Второй Магической Войны.
сюжетная линия | список волшебников | faq по форуму
хронология | колдографии | нужные | акции

Astoria Greengrass, Daphne Greengrass, Oliver Wood, Elisabeth Turpin
СЮЖЕТНАЯ ВЕТКА «HOGWARTS|PARALLEL WORLDS»
ИГРОВЫЕ СОБЫТИЯ
В игре наступил май 1997 года.


Конец марта 1997 г. Хогвартс успешно отбил нападения Пожирателей смерти, потеряв не так много людей, как могло быть. Многие студенты и преподавали проходят лечение в Больничном Крыле и в больнице св. Мунго. Пожирателям смерти удалось скрыться, но оборотням повезло не так сильно - большинство из них были убиты. В Хогвартсе объявлен трехдневный траур.
Конец марта 1997 г. К расследованию о гибели Эммелины Вэнс и Амелии Боунс подключаются члены Ордена Феникса в лице Нимфадоры Тонкс и Билла Уизли. Благодаря найденным записям Вэнс становится ясно, что Вэнс и Боунс на самом деле не погибли, а погружены в загадочную магическую кому. Тела отправлены в больницу св. Мунго, где целители пытаются разбудить женщин.
Конец марта 1997 г. После нападения на Хогвартс Руфус Скримджер усилил охрану Министерства магии, банка Гринготтс и больницы св. Мунго, как возможные следующие цели для нападения. Авроры, участвующие в отражении атаки на замок представлены к наградам. Министерство назначило серьезные вознаграждения за любые сведения, связанные с преступной деятельностью, беглыми пожирателями смерти и местонахождением Темного Лорда.


ОЧЕРЕДНОСТЬ ПОСТОВ


Приглашаем всех желающих принять участие в праздновании Белтейна на первой в истории магической ярмарке в Хогсмиде!

Вы можете найти партнера для игры, посмотреть возможности для игры.

Hogwarts|Parallel Worlds

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Hogwarts|Parallel Worlds » Паб «Кабанья голова» » Капля в море [02.05.1997]


Капля в море [02.05.1997]

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Pansy Parkinson, Karen Gauthier
02.05.1997, обед. Подземелья, после пары у Снейпа.

+1

2

Это был первый год, когда Паркинсон не праздновала свой день рождения.
Было б, что праздновать. И гнетущая атмосфера после неудачного празднования Гринграсс отнюдь не являлось причиной.
Шестой курс в Хогвартсе будто бы с самого часа полетел чертям под хвост. Странное поведение Малфоя, общение с которым в последнее время свелось к нулю, затяжная депрессия и, как следствие, она просто-напросто отгородилась от окружающих, предпочитая теперь проводить вечера в одиночку, разглядывая потолок комнаты. Ах, да, чуть не забыла. Собственная кабала, так щедро обеспеченная любимым папочкой. Как трогательно.
Итак, первое число незаметно сменилось вторым, и за завтраком долетела запоздавшая сова с поздравлением от матери. Первым и последним на этот раз. Большего и не надо.
Пэнси подняла взгляд с пергамента в своих руках и привычно огляделась в поисках белобрысой макушки, но, завидев ее на другом конце зала, так еще и в компании, насупилась. Дурацкая привычка постоянно искать его взглядом в толпе, наверно, никогда не пропадет, сколько бы дней, месяцев или лет не прошло. Она должна забыть обо всем и сконцентрироваться на собственных проблемах, так было бы логичнее. Так было бы вхарактернее. Так было бы больше похоже на Паркинсон. Но, нет, она не могла.
Он снова шел в компании Готье, а Пэнси оставалась в стороне, до крови кусая губы.
Когда это началось? Почему именно Готье?
И снова она передвигалась по замку, словно во сне, и раз за разом видела перед собой копну темных волос. Наваждение рассеивалось, когда случайная девушка оборачивалась и оказывалась совершенно другим человеком, но потом накатывало снова. И так раз за разом.
И даже теперь, когда декан вещает что-то под ухом, она снова не слушает. Смотрит куда-то в сторону, а мысли гуляют, медленно перетекая из образа в образ. И снова вспоминается злосчастное квиддичное поле, а потом удаляющийся рука об руку с Готье Малфой.
Перо ломается под нажимом, и Пэнси удивленно смотрит на растекающуюся по пергаменту кляксу. Это что, она сделала?
Еще немного, и она сойдет с ума. А потому, как только звенит звонок, оповещающий о начале обеда, Пэнси вскакивает со своего места, видя, как быстро выходит из кабинета Готье. Рывком схватив все свои вещи, бежит за ней, чуть не спотыкаясь о порог и игнорируя ругательства Забини, которому она отдавила ногу.
Она нагоняет Карен уже в коридоре и, едва переводя дух, кричит:
- Готье, стой! - ее тон почти умоляющий. - Есть разговор.
По счастливому стечению обстоятельств, вокруг никого нет. Все шли наверх, к Главному залу, а они остановились на полпути, где-то за углом.
- Какого черта происходит с Малфоем?

Отредактировано Pansy Parkinson (2017-08-21 11:39:14)

+1

3

Карен вела себя эгоистично. Зная, что времени осталось совсем немного, она ловила каждое мгновение, отказываясь снизить привязанность и, возможно, избавить Малфоя от лишней боли. Зная, что еще немного и от Карен Готье останется только коматозное тело и имя, выцветшее на гобелене, она отказывалась и наслаждалась тем, что у нее было.
О том, как Пэнси наблюдает за ними, за ней, Карен не замечала.
Почти.

Когда прозвенел звонок, Готье сняла с волос резинку, пряча ее в карман мантии, быстро подхватила вещи и направилась прочь из кабинета. После нападения Снейп до сих пор относился к ней с некоторым раздражением, хоть и принял произошедшее, как единственный бескровный вариант.
Бескровный, Мерлин!
Карен, упиваясь мыслями, двигалась по коридору в одиночестве, все же, злить декана постоянным соприсутствием ее с Малфоем никак не входило в ее планы, как вдруг Готье настиг голос Паркинсон.
Еще лучше.

Карен разворачивается на каблуках, машинально оценивая обстановку, и удовлетворившись тем, что поблизости никого нет, надевает маску скучающего равнодушия.
— С Малфоем? — удивленно переспрашивает Готье. — Разве с ним что-то происходит?
Все относительно разрешилось, и Драко немного, пусть совсем чуть-чуть, но расслабился, после этого дикого года в режиме ожидания. Пэнси не о чем беспокоиться.
Но взгляд у Паркинсон — отчаянный, и Карен понимает, что просто не может ему сопротивляться.

Она подтягивает на плечо сумку, тревожно оглядывая свою сокурсницу, и бросает ей почти мягко, подавляя жуткое желание закурить:
— Что ты хочешь знать, Пэнси?
Просто поставь себя на ее место, Карен. И не оставляй плохую память о себе хотя бы на своем факультете.
— Нападение мы пережили, отделались одним днем в Больничном крыле, ты сама видела. Но если тебе что-то интересно, ты сама можешь поговорить с ним. Не думаю, что ему бы понравилось, как два его... друга обсуждают его за его же спиной, — все также сдержанно предлагает Карен, искренне не понимая, почему Пэнси действительно не выяснить все у Драко.
Почему Пэнси решилась поговорить с ней.

+1

4

Готье сегодня неожиданно дружелюбна. Или все так всегда и было, и это Пэнси просто судит всех по себе?
Как бы то ни было, шансом нужно пользоваться, а не давать волю своей гордости. Хотя, о какой гордости идёт речь? Забудь это слово уже наконец, Паркинсон.
— Я хочу знать все.
Начать желательно с того самого момента, когда сама Пэнси оказалась не у дел. Возможно это могло бы вылиться в долгий рассказ, а может...
А может она чересчур любопытна, и было бы лучше просто развернуться на каблуках и разойтись им двоим по своим делам.
— Хочу знать о метке. О том, какого черта он во все это влез. О том, почему мне приходилось следовать за ним по пятам, чтобы выведать хоть что-то, — ее взгляд становится жёстче. Нужно было остановиться на этом, но, нет, поток слов так и льётся, а у Пэнси уже просто не хватает выдержки, чтобы замолчать. — О том, каким боком в этой истории появилась ты. О том, с какого момента вы теперь не разлей вода...
Она переводит дух, не спуская выжидающего взгляда с Карен. Ох, как много она ещё могла бы добавить... Но, нет, в таком случае Готье ее пошлёт, а Пэнси будет жалеть.
Достаточно. Надоело.
Карен отвечает все так же спокойно, будто бы не замечая, как тяжело даётся нормальный тон самой Паркинсон. Простая бытовуха, ничего интересного. Как в новостной газете: совершён групповой суицид, но улица уже отчищена от трупов, гуляйте себе дальше с удовольствием, желаем счастья и процветания.
— Конечно, пожиратели каждые выходные заглядывают в Хогвартс на чай, ничего необычного, — Пэнси раздраженно хмыкает, но по спине пробегает холодок из-за всплывшего в памяти образа дементоров, гуляющих по Главному залу. — Нет, Карен, это не совсем то. И если бы мне действительно был нужен отчёт о произошедших событиях, я и вправду бы спросила об этом Малфоя. Однако, увы. В последнее время он не очень настроен на разговоры. Так что, даже не знаю, что ты в такой ситуации подразумеваешь под словом «друг»...
«Хотя, уж вы-то наверняка очень даже "сдружились"», — она трясёт головой, прогоняя непрошеные мысли.
Так, нет, нет! Совсем не так.
— Карен, — заново начинает Пэнси после небольшой заминки. — Прости, не знаю, как точнее сказать... Я не могу ничего узнать от самого Драко. Он мне ничего никогда не рассказывал. Как я с ним ни пыталась заговорить, я словно к стенке обращаюсь. Вот, я и решила... В последнее время вы часто вместе, он наверняка тебе доверяет... А я... Я просто себе места не нахожу. Он вёл себя действительно странно в последнее время, так что я просто хотела удостовериться, что все, скажем, не так хреново.

+1

5

На словах о метке Карен ощутимо вздрагивает, и в ее памяти всплывает полный отвращения взгляд рыжей.
Значит, Малфой болтал направо и налево о своей принадлежности? Крайне недальновидно: на его месте она бы стерла Пэнси память. Может быть она так и сделает после такого откровенного разговора, если, конечно, не решится прямо сейчас послать Паркинсон ко всем чертям.
Между ними ведь бездна: Пэнси все еще счастливый ребенок, наблюдающей за войной разве что со стороны, Готье и Малфой были вынуждены быстро повзрослеть.
И только нападение на школу дает Паркинсон право требовать ответа.

— Хорошо, — после долгого молчания отвечает Карен и, бросив взгляд на пустой класс по соседству, кивает Пэнси: — Но я не намерена обсуждать это в коридоре.
Она первой ныряет в кабинет, и когда Паркинсон заходит следом, вывешивает на дверь чары массивной связкой: и запирающие, и заглушающие, и маячковые.
Карен пристраивает сумку на скамью, а сама садится на парту, все-таки выудив из кармана сигареты.
С пустого класса не убудет, а дым можно развеять.
— Он не хотел во все это влезать, — говорит Карен, прикуривая. — Сейчас все гораздо лучше, чем было. На Драко повесили одно дело, он катастрофически с ним не справлялся, но так вышло, что мне было выгодно ему помочь, и теперь Драко ничего не угрожает, — коротко пересказывает она, не уточняя ровным счетом ничего, но Паркинсон, черт побери, не дура, должна понять.
— Он... Он почти свободен, Пэнси, — признается Готье, и потому что знает, на кого теперь падет гнев Темного Лорда в полной мере, и за кого Карен попросит в первую очередь, если ее план с побегом не выгорит, а отцу она все еще окажется нужна. — Просто еще не пришел в себя. Ему нужна неделя-другая, и он... Я не могу обещать тебе, что он станет прежним, Паркинсон, но Драко не станет раскидываться друзьями. Я уверена, что ты ему дорога. Просто он со многим привык справляться сам и боится случайно тебя подставить.
Карен выдыхает дым к потолку и продолжает уже много откровеннее, чем раньше. Хотя куда уж?
— Что ты знаешь о метке?
Ей важно оценить степень доверия Драко и информированность Паркинсон.
Потому что многого ей лучше не знать.

+1

6

Она морщится от едкого сигаретного дыма. Возникает желание тут же закрыть чем-нибудь нос и отвернуться, но Пэнси слушает, не отводя взгляда от Карен. Она даже не села по примеру Готье за парту, а просто прислонилась к ближайшей стенке, скрестив руки на груди.
Во рту пересохло, и язык как будто бы прилип к небу. Хотя, на самом деле, она просто не знает, что сказать. Любая фраза, приходящая на ум, кажется слишком глупой для того, чтобы быть произнесенной вслух.
А потому Паркинсон лишь понимающе хмыкает в ответ.
— Думаю, что ты не стала бы рассказывать мне сказки, — она разминает затекшее плечо и вздыхает. — Весьма в общих чертах, но спасибо. Я все поняла.
Единственное, чего она не понимала, так это то, почему Готье так его оправдывала перед Пэнси. «Драко не будет раскидываться друзьями»? Да, собственно говоря, ей уже было глубоко фиолетово, относил ли ее Малфой к разряду этих самых «друзей». Ей уже не десять лет, и Паркинсон знала, что насильно мил не будешь. Что уж там, набегалась уже, как собачонка, пора и честь знать.
Ей бы только себя успокоить, и она больше не станет лезть не в свое дело.
Впрочем, самовнушение — вещь, безусловно, хорошая, но саму себя не обманешь. Чуть Малфой придет в себя, поманит ее пальцем (если до такого, конечно, дойдет), и она снова будет скакать по комнате от радости, ибо, Мерлин, о ее существовании вспомнили наконец-то.
Пэнси хочет спросить, как давно Готье курит, но та задает свой вопрос вперед.
— Немного, — на самом деле, чуть больше, чем ничего. — Реферат я тебе на эту тему не напишу. Знаю, как выглядит. Вводит определенную группу населения в ужас, да и вообще мало кого оставляет равнодушным. Боже, Карен, что за странные вопросы? У тебя на предплечье такая же, да?
Она шумно вздыхает. А впрочем, какая ей уже разница?
— Я ее только видела со стороны, пару раз, — первый раз нечетко, второй раз — вблизи. Кажется, она могла бы воспроизвести рисунок у себя в голове, закрыв глаза. — Но никто из моих близких родственников не носит ее.
Зато среди знакомых таких людей, по-видимому, наберется.
— А что, у метки есть какие-то опасные свойства?

+1

7

Карен стряхивает пепел рядом с собой и как будто бы игнорирует все те эмоции, которые выпускает Паркинсон в воздух.
На днях она убила своего брата и, видит Салазар, метка отнюдь не та проблема из-за которой ей хочется проломить себе голову.
Она затягивается еще, как если бы не курила целую вечность, а потом думает, что и впрямь: от смерти матери до смерти брата прожитые дни складываются в чертову тучу жизней.
Конечно, у нее есть метка.
— Иначе как бы я смогла помочь ему, Пэнси? — задает Карен очевидный вопрос, отказываясь отвечать прямо. Впрочем, ей все равно: Снейп в курсе, директор в курсе, главный аврор в курсе, даже Армия Дамблдора — частично — в курсе. — Тоже мне, секрет полишинеля.
Карен тушит сигарету и, развеяв дым, отвечает Паркинсон со смешком:
— Опасные свойства? Пожалуй, постоянное напоминание о том, что ты уже себе не принадлежишь. Это не странные вопросы, Пэнси. Я просто должна понимать, что и о Драко, и обо мне ты будешь молчать. По крайней мере, пока мы находимся в школе, полной авроров, — она скользит внимательным взглядом по лицу сокурсницы и, усмехнувшись, невесело добавляет: — А то одного противостояния мадам Лестрейндж не хватит, чтобы перекрыть остальные наши заслуги в глазах закона.
Ох, Малфой. Что же ты так игнорируешь тех, кому дорог. В конце концов, Пэнси — не я, не станет припирать тебя к стенке и трясти за грудки, чтобы выбить нужный ответ.
Или же..?
Карен, сщурившись, предлагает:
— Если будет сильно сопротивляться или игнорировать, запусти в него чем-нибудь потяжелее, Пэнс. Или, хочешь, я с ним поговорю?
Запустить, конечно, будет надежнее. Малфой всегда принимает аргумент силы.

+1

8

— Докатились, — Пэнси невольно издаёт смешок. — Ты-то как так попала?
Вопрос риторический, ответ был Пэнси абсолютно неинтересен. У Карен наверняка были свои причины, со стороны она не была похожа на приспешницу Темного Лорда. Хотя...
Она посмотрела на Готье чуть косо, но потом покачала головой. Нет, в эти дебри ее никто точно не пустит.
В какой-то момент она привыкает к устоявшемуся в классе запаху, и дышится необыкновенно легко. Хотя, возможно, этому способствует спокойный голос Готье и ее слова. Или просто развеивающее заклинание, пробежавшееся по помещению легким ветерком.
— В таком случае, ерунда, — Пэнси махнула рукой. Кому ей рассказывать? Зачем? — Для того, чтобы судачить, у нас есть целый факультет красно-золотых.
А Малфой... Боже мой, сколько нервных клеток полегло в этой бесполезной битве.
— Карен, спасибо, я приму к сведению твой совет, — она усмехается. — Это между нами. Или ты как себе представляешь, поговорить с ним?
А если я задействую грубую силу, то, боюсь, просто не смогу остановиться. И в этом мире станет одним платиновым блондином меньше.
Хотя, чего греха таить, пару раз вмазать, конечно, хотелось. Чисто в знак благодарности.
— Кстати, что ты имела в виду, когда говорила «почти свободен»? Меня это слово «почти» немного пугает, — признаётся Паркинсон, несмотря на то, что планировала вообще проигнорировать этот пункт. — И будет ли тебе что-то за твою... помощь? Тебя же за это не убьют, нет?
Готье так небрежно обо всем говорила, будто бы в рядах Пожирателей смерти были сплошь одни мальчики-зайчики, ничего страшнее Люмоса в своей жизни не колдовавшие.
С другой стороны, как будто бы сама Паркинсон сейчас не безразлично кивала, когда ей ответили: «Да, конечно, у меня тут под рубашкой метка, тьфу, ерунда какая».
— Я лезу не в своё дело, — да, Паркинсон, это твоё любимое занятие. — Можешь мне даже потом частично память стереть. В пределах разумного. Просто хочу понять...
Пэнси осеклась, когда до неё дошло, что она сейчас сказала. Замечательно. Малфой побывал в дерьме, так давайте же узнаем об этом дерьме побольше. Если позволят, разумеется.

+1

9

Карен все также равнодушно пожимает плечами:
— Дурой была. Дело прошлое.
Настоящее и будущее.

Готье переключается быстро, хватаясь за первую же соломинку, но почти сразу жалеет о том, что говорит.
— У каждого свои методы воздействия... Нет-нет, не переживай. Империо среди них нет, — почти сразу переводит она в шутку, оставляя другой смысл затемненным. Если Пэнси не захочет — не спросит, если захочет — Карен придется припечатать ее очень простым, но болезненным ответом.
Да, пожалуй, сегодня не тот день, когда Карен удается выбирать слова.
— Драко взяли в оборот, чтобы наказать Люциуса. С тем, что ему дали, он справился, поэтому пока его трогать никто не станет. В школе Темному Лорду больше ничего не нужно, вне школы Драко бесполезен. В его случае бесполезность — благо. Большего я сказать не могу, извини.
Она, конечно, уже почти труп, но рассказывать возможные планы Темного Лорда Паркинсон — желать Пэнси зла просто так. А Карен всегда относилась к ней без лишнего яда.
— Стереть? Я не фанат обливиэйта, мне как-то стирали память, а потом я вспомнила много чего... лишнего. Впрочем, — закусив губу, Готье смотрит на Паркинсон изучающе. — Обет или Обливиэйт — выберешь сама. Но могу заверить, что с ментальной магией у меня лучше многих и вряд ли я смогу тебе навредить, даже если захочу, — усмехнувшись, добавляет она.
С Обетом у Карен тоже отношения особенные, но об этом она не распространяется.
Ни к чему.
— За мою помощь меня уже наказали, Пэнси, — роняет Карен, потеряв вдруг то душевное равновесие, с которым она балансировала весь этот разговор.
— Но кроме нее было еще много... непростительного. Я не знаю, что меня ждет, — лжет, знает. — Знаю, что есть вещи пострашнее смерти.
Она смотрит на Пэнси долго, внимательно, и спрашивает:
— Достаточно? Если да, то, пожалуй, мне проще так тебя отпустить. Если нет, то тебе придется выбрать: обет или память.

+1

10

— Без Империо? Жаль, — взгляд мутнеет, но она быстро моргает, прогоняя наваждение. — А я думала, у вас там все довольно просто с непростительными.
Ты не хочешь об этом знать, Паркинсон. Не хочешь. Не-хо-чешь.
Поэтому она просто потакает легкой оговорке Готье, делая вид, что ей, в общем-то, нет до этого никакого дела.
Хотя на самом деле, есть.
Она смеряет Карен подозрительным взглядом, сжимает губы в тонкую линию и... едва улыбается, показывая, что шутка понята и принята к рассмотрению.
— То есть, если Волдеморту взбредёт в голову что-нибудь забавное, и цель будет тут, в Хогвартсе, Драко снова влипнет в это все, — неутешительно заключает Пэнси и качает головой. — Это ужасно. Использовать семью, чтобы манипулировать. Этот Лорд... и в наше время ещё все чистокровные семьи, которые так или иначе чтят традиции предков, ассоциируются с этим. Драко было... сложно.
Это ещё мягко сказано. Пэнси хмурится. Оценивать действия Малфоя ей становится все сложнее. Паркинсон чувствует себя полнейшей дурой за то, что вела себя так по-детски, но ей одновременно обидно за то, что она, увы, оказалась недостойна доверия.
В отличие от Готье, с которой Малфой оказался в одной лодке.
Вдох-выдох. Зависть — последнее чувство, которое Пэнси, руки которой чисты, должна испытывать к ней.
Карен продолжает говорить. Загадками, распаляя жгучее любопытство Паркинсон. Пэнси знает, что ещё пожалеет об этом. Но даже в самых странных снах она не могла себе представить, что Готье может быть с ней откровенной.
— Обет, — прежде чем успевает подумать, выпаливает она. Мерлин, зачем ей это?
Любопытство?
Паркинсон, конечно, та ещё Варвара, но это слишком банально.
— Обет, — повторяет она. — Я... хочу знать.
Сразу вспоминается фраза, сказанная ей в самом начале и, казалось бы, наобум.
«Я хочу все знать».
У Карен есть опыт, она не таскает беглому Пожирателю книжки из Запретной секции. Она выше этого. Она ближе к этому. Она знает то, чего не знает Пэнси, которая прячет лицо в ладонях и не видит ничего вокруг, кроме темноты.
Хотя, на самом деле, ее ситуация не такая пропащая. Драко в сто раз хуже. А ещё хуже...
Правильно, Карен.
Может быть, она, сама того зная, подскажет Пэнси, как действовать дальше.
В обливэйте нет никакого смысла, ее будет лишь мучить головная боль от того, что что-то в полотне памяти не сходится.
А тут...
— Расскажи, пожалуйста, — она словно выдыхает каждое слово. — Что ты сделала, чтобы вытащить Драко? И что тебе за это грозит? Ты же сможешь выбраться?
Она медленно протягивает свою руку Готье.

...

может обойдемся без третьего волшебника?

+1

11

— Не взбредет, — жестко отрезает Карен, пресекая всякое нытье. Тон у нее безапелляционный, как и время, в котором никому из них недозволенно о чем-либо сожалеть. Снявши голову по волосам не плачут.
Дамблдор умрет, и Волдеморт утратит интерес к Хогвартсу. Он полностью перейдет под его контроль.
— И сейчас Малфою нужно просто жить, — уже мягче говорит Готье.
Просто жить, пока есть возможность.

Обет. Карен гасит улыбку в уголках губ и принимает правила игры. Она тоже бы хотела знать, и почему-то рада, что Пэнси оказывается любопытной. Рада, что Пэнси вдруг отказывается зарывать голову в песок и прятаться от правды, потому что правда эта касается их всех.
Частный случай слишком часто становится общим правилом. Это нельзя игнорировать.

Она принимает руку Паркинсон.
— Твое счастье, что я знаю, как замкнуть его на себя.
Счастье Паркинсон, что Робардс со своим Непреложным выпал на душу Готье несколько месяцев назад.
— Клянешься ли ты, Пэнси Элоиза Паркинсон, не сообщать никому каким-либо существующим на свете способом то, что я расскажу тебе здесь и сейчас?
Когда Обет сковывает руку Паркинсон серебристой магической лентой и тает, оставаясь до тех пор, пока Карен не отправят на тот свет, Готье закольцовывает формулу на себя в качестве свидетеля и благодарит Мерлина, что клятва не обоюдная.
Она одной сыта по горло.
— Нашла, как провести их в Хогвартс вместо Драко.
Брось камень, безгрешная!

Карен, вздернув голову — прячутся от отвращения к себе только в такой деланной гордости — рассказывает:
— Но я уже сказала, что за это я успела расплатиться, — и расплатиться сполна.
Карен улыбается, и улыбка у нее страшная.
— Драко спасал свою семью, взамен я пожертвовала тем, что осталось от моей.
Светлые волосы Эллиота, пятна крови, пожар.
Карен натягивает ворот водолазки до подбородка, словно пытается стереть следы пальцев, оставшиеся от железной хватки брата.
Ей было страшно от того, что он может сделать с ней. Теперь ей страшно от того, что она делает сама.
— У меня был троюродный брат, Пэнси.
Есть вещи хуже смерти.
Великий Салазар, почему она не слушала великого Альбуса Дамблдора будучи ребенком?
— На Пасху я его убила.

+1

12

— Клянусь.
Пэнси завороженно смотрит, как серебряная нить опутывает их руки, а потом рассеивается в воздухе, оставляя за собой нотки сомнения.
Что ж, назад дороги уже нет.
— Ты, что..? — девушка хмурит брови, услышав признание Готье.
Ладно, допустим, что последствия этого были весьма несущественными, а для вступившей в своё время в ряды Пожирателей Готье моральные рамки весьма и весьма размыты.
— Как ты это сделала? Я думала, что Хогвартс — крепость, но, — она замолкает. Нет ничего совершенного, Паркинсон. Значит, стены Хогвартса не такие уж и неприступные, как их им малюют. И Готье сама нашла лазейку, что пропустить сюда толпу сумасшедших убийц с дементорами в придачу.
Она внимательно наблюдает за Карен. Картина жуткая.
— Ты сошла с ума, — шепчет Пэнси, не зная, как ещё трактовать действия Готье.
Она все ещё не очень понимала причинно-следственных связей. Но наверно и вряд ли когда-нибудь поймёт. Главное — Карен пожертвовала. Ради Драко.
Ноющая боль в висках заставила девушку сморщиться сильнее.
— Ты... это все сделала. Отлично, — Пэнси приходилось раз за разом настраиваться на новую фразу. По умолчанию она принимала каждое слово Карен за чистую монету, и картина вырисовывалась ужасающая. — Зачем? С какой стати ты решила сделать это ради Малфоя?
Смотреть на Готье было жалко. Она как будто бы снова переживала все то, о чем говорила. У Паркинсон даже появилась мысль остановить ее, но Карен, наверно, лишь усмехнётся на этот жест. А потому Пэнси не стала ничего предпринимать.
— Я сожалею, — Пэнси опускает взгляд. — У тебя не было выбора.
Наверно. Но что можно было ждать ещё от Готье, особенно после того, что она ей сейчас рассказала?
— Это Волдеморт приказал? Но... почему именно троюродный брат? — догадка приходит в голову секундой позже, и Пэнси жалеет, что задала этот вопрос. — У тебя больше никого нет?
Не знает, почему так решила. Вообще не знает ничего о семье Готье, но почему-то именно этот вопрос произнесла вслух.
Это должно быть, страшнее войны. И страшнее смерти, как говорила Карен чуть ранее.
— Что ты будешь делать дальше?

+1

13

Сошла ли она с ума?
— Может быть, Паркинсон, очень может быть.
Карен постукивает пальцами по деревянной поверхности стола, подбирая ответ, который был бы и честным, и всех карт не раскрывал. Есть вещи, о которых Пэнси знать не обязательно.
— Я видела, что он не справляется, и знала, к чему это приведет. Волдеморт никогда не нарушает своих обещаний.
Он ведь обещал ей помочь с братом — обещал.
Карен так смешно называть его этим вымышленным именем, потому что он для нее всегда — Темный Лорд, или короткое, как поводок "ты".
— А я как никто другой понимаю, как это — остаться без семьи.
Или остаться рядом с человеком, которой хочет уничтожить твое нутро, и сделать из тебя тень, подобие самого себя.
Карен пожимает плечами:
— Это достаточная причина? Хотя, чего уж там, Пэнси. Я предупредила о нападении всех, кого смогла. Дружков Поттера, например, Драко как мог, увел слизеринцев, авроры... тоже знали. У них только было очень мало времени на подготовку. Драма без крови, Паркинсон. Я почти в этом преуспела.
Для Малфоя, не для себя.

Карен снова запускает руку в карман, чтобы выудить из пачки сигарету, но пачка оказывается предательски пустой.
К дракклу.
— Вивьен умерла за день до того, как мне исполнилось пятнадцать, — Карен теперь не знает, как по-другому ее называть. Иллюзия родства рухнула между ними на Пасху, когда выяснилось, как она ее предала. — А я, вообще-то, внебрачный ребенок, даром, что наследница. Так что, опекуном с тех пор был мой брат. Больше никого не осталось.
Отец же, будь он неладен, никогда ее не признает.
Робардс не зря повторяет ей одно и тоже: она ему не нужна. Пора бы запомнить.

— О, — Карен понимающе кивает. — Может быть, попробую исчезнуть. Это единственный разумный выход.
Карен вскидывает левую руку, обнажая перед Паркинсон предплечье:
— Если не сойду с ума от боли, то все будет хорошо.
Метка, разрубленная надвое, ядовито скалится.

+1

14

- Наверно, достаточная, - Пэнси пожимает плечами. Звучит как фантастика. Запланированная атака на Хогвартс, и все как будто бы знали... А Паркинсон думала, что она не переживет тот день. - Вот бы еще все остальное так провернуть. Война без крови... Было бы неплохо.
Девушка улыбается. И правда, фантастика. Пэнси помимо воли восхищается Готье, хотя так ведет себя так, будто дело - плевое. Вон, тянется за новой сигаретой.
Заметив ее жест, Паркинсон недовольно хмыкает. Она сегодня готова немного побыть пассивным курильщиком.

- Вивьен? - наверно, мать. Пэнси тоже часто звала свою по имени, правда, обращаться к ней так лично не решалась. - Это... Ужасно. У вас с братом были близкие отношения?
Троюродный брат. Слизеринка даже примерно не могла просчитать, насколько близкое это родство. Вроде бы... Сын двоюродной сестры или двоюродного брата матери Карен? А, плевать, в этих дебрях черт ногу сломит.
- И что тогда случилось с остальными? Отца, как я понимаю, ты не знаешь вообще?
Внебрачный ребенок в чистокровном клане, о, Пэнси даже страшно было представить, как к Карен относились родственнички. Бывают, конечно, исключения, но случай Готье к таковым едва ли относился.
- Или тебя благодаря отцу в Хогвартс занесло? - девушка задумалась на мгновение. - Ты же из какого-то французского рода, верно?
Пэнси не знала о чистокровных семьях из других стран ровным счетом ничего - все же Магическая Британия носила весьма закрытый характер. Хотя, возможно, это просто волшебников из Великобритании едва ли интересовала судьба остального магического мира.

- Исчезнуть? - звучит как еще одна фантастика. - Уедешь куда-нибудь заграницу?
Пэнси смотрит на метку уже практически спокойно. Практически. Все же, жуткая штука. Даже несмотря на то, что Пэнси уже несколько раз видела этот череп со змеей, хватало одного взгляда, чтобы мороз побежал по коже.
- Что... ты с ней сделала? Зачем? - Паркинсон хочет прикоснуться, но отдергивает в последний момент руку. Морщится, представляя предшествующие события. - Ты бы еще кожу в этом месте срезала.

+1

15

— Немногие это оценили, — хмыкнула Карен, представляя себе гнев Волдеморта, пик которого, впрочем, пришелся не на нее.
На Готье всегда приходилась только отсроченная, достаточно выстуженная месть.

А теперь она стоит перед Паркинсон и пытается кратко охарактеризовать свою прекрасную семью.
— Я родилась в Англии, поэтому могла выбирать между Хогвартсом и Шармбатоном. Во Франции мой род под прицелом, и мне, честно говоря, уже в детстве успели надоесть шепотки за спиной. Здесь этого меньше, — Карен поправила ворот водолазки и закусила губу.
Меньше или нет, она все равно никого не подпускала к себе — дурная привычка.
Вела бы себя иначе, никогда бы не пришла к Волдеморту.
— У меня от семьи осталось совсем немного, только младшая ветвь прозябает где-то в Чехии и не интересуется ничем, что происходит здесь. Ждет, пока остальные сдохнут, чтобы получить наследство, — подвела черту Карен и усмехнулась. Это в стиле ее родственников. — Поэтому только брат. Остальные мне даже не родственники давно, так, однофамильцы.

Карен остановилась и, посмотрев на Пэнси с интересом — зачем ей столько информации? — все-таки продолжила. Клятва не даст ей навредить планам Готье.
— В Европу мне путь заказан, я.. еще не решила точно.
Она провела пальцем по шраму, не затягивающимся от самых дорогих составов, и поджала губы.
— Это не я — Беллатрикс. В нашу первую встречу. Та еще психопатка, но как будто заранее знала, что я его предам.
Карен опустила рукав и посмотрела на Паркинсон с чуть снисходительной улыбкой, в которой читалось странное, но такое верное для Готье: все будет хорошо.
— Все будет хорошо, Пэнси. Я тебе обещаю.

+1

16

— Когда оценят, будет поздно, — Пэнси внезапно даже для самой себя произносит это вслух, но потом как будто бы безразлично пожимает плечами: такова человеческая натура, и ничего тут не поделаешь.

Паркинсон представляет, как жилось бы ей одной в огромном особняке, когда мать не пристает с вечными просьбами примерить черновую версию новой мантии для своего бутика, а отец не прозябает вечность в своём кабинете, время от времени посылая Пэнси за новой бутылкой огневиски, хотя у них для этого в доме были домовики. Стало неприятно и холодно, даже несмотря на то, что ее с родителями, в общем-то, и не связывали никакие тёплые отношения. Все равно своя кровь. Все равно какая-то опора.
— Мне очень жаль, — снова повторяет Пэнси, хотя и понимает, что эти слова не несут для Карен сейчас никакой смысловой нагрузки.
Девушка выжидает, сомневаясь:
— Волдеморту... недолго осталось. Ему вернется, — она говорит, запинаясь, будто бы опасаясь, что стены ее сейчас тоже слышат. — За твоего брата, и не только за него. И... спасибо за Малфоя. Ты все правильно сделала. Из моих уст это звучит глупо, наверно, — Пэнси неловко улыбается.
Ей немного легче. Не то от того, что Готье, оказывается, так досталось, не то от того, что просто успокоилась наконец-то. Да, их не связывали никогда какие-то близкие отношения, но сейчас Пэнси... прониклась, что ли. Искренностью. Да, пускай под Обетом.
Но Готье могла бы ее просто послать, без лишних слов и откровений.

Пэнси слушает внимательно.
Что бы Карен ни говорила, складывалось ощущение, что Готье на самом деле знала. Но Паркинсон не стала об этом говорить. Ей и без того уже рассказали более, чем достаточно.
— Наслышана... С колдографий в газетах эта женщина выглядит устрашающе...
Девушка ловит на себе взгляд Карен, но он больше не подозрительный, не уставший. Карен сама верит в то, что говорит.
— Я думаю, ты это уже спланировала, — Пэнси улыбается шире. — В любом случае, удачи. А мы тут как-нибудь... справимся.
И ведь вправду отпустило. И Пэнси надеялась, что стало спокойнее не только ей одной.

+1


Вы здесь » Hogwarts|Parallel Worlds » Паб «Кабанья голова» » Капля в море [02.05.1997]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC

LYLIlvermorny: Just One Yesterday Hogwarts. Our daysBloodlust: Bend & BreakБесконечное путешествие
На форуме присутствуют материалы, не рекомендуемые для лиц младше 18 лет.